Официальный фонд Г.С. Альтшуллера

English Deutsch Français Español
Главная страница
Карта сайта
Новости ТРИЗ
E-Книга
Термины
Работы
- ТРИЗ
- РТВ
- Регистр идей фантастики
- Школьникам, учителям, родителям
- ТРТЛ
- О качестве и технике работы
- Критика
Форум
Библиография
- Альтшуллер
- Журавлева
Биография
- Хронология событий
- Интервью
- Переписка
- А/б рассказы
- Аудио
- Видео
- Фото
Правообладатели
Опросы
Поставьте ссылку
World

распечатать







   

©Альтшуллер Г.С. Журнал "Промышленность Белоруссии", №9. - С. 64-66, №10. - С. 76-78, 1973.
ВНИМАНИЕ: АРИЗ!

  • Возможно ли учить творчеству?
  • Алгоритмическая методика организует мышление
  • Изобретателем может стать каждый!

Изобретательство - древнейшее занятие человека. С изобретения первых орудий труда и начался творческий процесс. С тех пор были сделаны миллионы изобретений. Но вот что удивительно: изобретательские задачи постоянно усложнялись, а методы их решения почти не совершенствовались. Представьте себе предприятие, которое постепенно перешло от выпуска каменных топоров к производству ЭВМ - и сохранило при этом первоначальное оборудование... Именно так обстоит дело с изобретательским творчеством: новейшие технические идеи вырабатываются древним методом проб и ошибок. Изобретатель перебирает различные варианты (А если сделать так?..) до тех пор, пока не натолкнется на решение задачи.

Вот как описывает один такой эпизод генеральный конструктор Олег Константинович Антонов:

"Когда конструировали "Антея", особенно сложным был вопрос о схеме оперения. Простой высокий киль с горизонтальным оперением наверху при всей ясности и заманчивости этой схемы, рекомендованной аэродинамиками, сделать было невозможно - высокое вертикальное оперение скрутило бы, как бумажный пакет фюзеляж самолета, имевший огромный вырез для грузового люка шириной 4,4 метра и длиною 17 метров.

Разделить вертикальное оперение и повесить "шайбы" по концам стабилизатора тоже было нельзя, так как это резко снижало критическую скорость фляттера оперения.

Время шло, а схема оперения не была найдена".

Современное авиационное КБ - коллектив, планомерно работающий по общей программе. Генеральный конструктор думает о задаче не в одиночку. Каждым узлом самолета занимается группа талантливых конструкторов, располагающих самой свежей информацией обо всем, что относится к их специальности. Но если останавливается одна такая группа, это сбивает ритм работы всего коллектива. Нетрудно представить себе, что стоит за простой фразой: "Время шло, а схема оперения не была найдена".

"Как-то раз, проснувшись ночью, - продолжает О. Антонов, - я стал по привычке думать о главном, о том, что больше всего заботило и беспокоило. Если половинки "шайбы" оперения, размещенные на горизонтальном оперении, вызывают своей массой фляттер, то надо расположить шайбы так, чтобы их масса из отрицательного фактора стала положительным... Значит, надо сильно выдвинуть их и разместить впереди оси жесткости горизонтального оперения...

Как просто!

Я тут же протянул руку к ночному столику, нащупал карандаш и записную книжку и в полной темноте набросал найденную схему. Почувствовав большое облегчение, я тут же крепко заснул".

За три года до опубликования статьи О. Антонова "Экономическая газета" опубликовала ряд материалов под названием "Внимание: алгоритм изобретения!". В этом алгоритме была, в частности, таблица, позволяющая сразу решать задачи наподобие той, над которой билось конструкторское бюро О. Антонова. Нужно увеличить площадь оперения - это третья строка таблицы; если идти известными путями, возрастает опасность фляттера, т. е. появляется вредный фактор - это четырнадцатая колонка таблицы. На пересечении - в соответствующей клетке таблицы - указаны три приема, причем первый из них дословно совпадает с решением, найденным О. Антоновым: "Вредные факторы могут быть использованы для получения положительного эффекта". Такие таблицы публиковались и раньше, отнюдь не обязательно было перебирать множество вариантов, терять время, искать решение бессонными ночами.

Возникла и быстро развивается теория решения изобретательских задач. Но знают о ней далеко не все. И поэтому сегодня кто-то, отбрасывая вариант за вариантом, ищет решение методом проб и ошибок, хотя разработаны новые - еще более эффективные-таблица и алгоритмы...

В цитированной уже статье О. Антонов справедливо заметил, что "о процессе творчества написано много, в том числе и много чепухи". К сожалению, дело обстоит именно так. Многие заблуждения, многие ошибочные суждения вызваны тем, что об изобретениях говорят "вообще", невольно включая в одно понятие очень разные технические новшества.

Каждый ли может изобретать? Возможно ли учить творчеству? В чем особенности творчества талантливых изобретателей?

На подобные вопросы нельзя правильно ответить, если не учитывать, что изобретательские задачи бывают разные. Условно их можно разделить на пять уровней. Для решения изобретательской задачи первого уровня достаточно перебрать с десяток вариантов. Такие изобретения (они вполне патентоспособны) может сделать каждый.

Вот, например, изобретательская задача: "В печь с расплавленным металлом подают по трубе жидкий кислород. Как сделать, чтобы жидкий кислород дошел до конца трубы и не превратился бы преждевременно в газ?" Первая идея: будем чем-нибудь охлаждать трубу. Ну, а если этого мало? Вторая идея: сделаем трубу, как в термосе, с двойными стенками, тройными стенками, со многими стенками. А если и этого мало? Еще одна идея: введем теплоизоляцию. И вот авторское свидетельство № 317707, "устройство для подачи жидкого кислорода в расплавленный металл, выполненное в виде четырех концентрически расположенных охлаждаемых труб и наконечника, отличающееся тем, что с целью предотвращения газификации жидкого кислорода в потоке, внутренняя труба изолирована от окружающих тепловой изоляцией с толщиной 15-20 мм".

Я много экспериментировал с этой задачей, предлагая ее научным работникам, конструкторам, студентам, школьникам. Результат был одинаков: задачи всегда решали с нескольких попыток. Любопытно отметить, что авторское свидетельство № 317707 выдано десяти соавторам...

Задачи второго уровня требуют нескольких сотен проб. Их решение не так очевидно, оно не каждому под силу: если знания и опыт малы, человек выдыхается после десятка попыток. На третьем уровне решения отыскиваются среди тысяч неудачных вариантов, на четвертом - десятка и сотен тысяч, на пятом-миллионов вариантов. Можно вспомнить, например, что Эдисону пришлось поставить 50 000 опытов, чтобы изобрести щелочной аккумулятор. И это только вещественные опыты; число мысленных экспериментов, всевозможных "а если сделать так?" наверняка было значительно больше.

Вот пример учебной задачи четвертого уровня:

"В электронных схемах высокой частоты применяют так называемые "линии задержки". Это слоистая конструкция - чередуются слои материалов с низким и высоким омическим сопротивлением (например, сплав Вуда и медь). Толщина слоев 0,1 - 0,01 мм. Известные способы изготовления (прессование, прокатка) малопроизводительны, дороги, дают много брака)."

С этой задачей мне тоже довелось много экспериментировать. И что характерно: для ее решения обязательно требовались подсказки.

Может возникнуть вопрос: но ведь все-таки делаются же изобретения высших уровней, значит удается как-то перебрать сотни тысяч вариантов?

Тут действует очень интересный "эстафетный механизм". Вот появилась задача "ценой" в 100 000 проб. Кто-то потратил полжизни на перебор десятки тысяч проб - и не нашел решения. Потом задачу взялся решать другой человек, он "перекопал" еще какую-то часть поискового поля. И так далее. Задача постепенно приобретает репутацию неразрешимой, "вековечной". На самом же деле она постепенно упрощается и, в конце концов, кем-то решается. Вот тут и появляются исследователи, пытающиеся выяснить - в чем секрет изобретателя, сумевшего решить "вековечную" задачу... Никакого секрета нет. "Неудачники", штурмовавшие задачу в начале "эстафеты" могли быть даже более способными, чем тот, кто пробежал последний этап. Просто им досталось слишком большое поисковое поле. В сущности, задачу решил не один человек, а целый коллектив, "кооперация современников" по определению Маркса. Для очень трудных задач необходима даже кооперация изобретателей нескольких поколений. Их усилия постепенно превращают задачу пятого уровня в сравнительно простую задачу второго уровня, кто-то делает последний рывок - все тем же методом проб и ошибок.

Современная научно-техническая революция предъявила к "индустрии изобретений" новые требования: необходимо резко повысить количество и - главное - качество вырабатываемых технических новшеств. А для этого нужны эффективные методы решения изобретательских задач высших уровней.

Американский психолог А. Осборн подметил, что есть люди, которые по складу ума хорошо генерируют идеи, но плохо справляются с их анализом. И наоборот: некоторые люди больше склонны к критическому анализу идей, чем к их генерации. А. Осборн решил разделить эти процессы: одна группа только выдвигает идеи, другая - их анализирует.

Мозговой штурм (так А. Осборн назвал свой метод) не устраняет беспорядочных поисков. В сущности, он делает их даже более беспорядочными. И в этом, как ни парадоксально, его преимущество. Дело в том, что пробы направлены преимущественно в привычную сторону, тут сказывается психологическая инерция. Увеличить беспорядочность проб - значит быстрее перейти от тривиальных, шаблонных идей к идеям неожиданным, оригинальным.

Мозговой штурм ведет группа "генераторов идей" в 6-10 человек. Правила штурма просты: полный запрет критики, можно высказывать любые идеи (вплоть до явно ошибочных, фантастических, шутливых), не надо приводить доказательств. Участники штурма подхватывают высказанные идеи, развивают их... и порой первоначально слабая идея получает неожиданное развитие. Все сказанное записывается и передается "группе критиков", которая должна выискать в ворохе высказанных идей рациональные зерна.

В пятидесятые годы с мозговым штурмом связывались большие надежды. Потом выяснилось, что трудные задачи штурму не поддаются. Были испробованы различные модификации мозгового штурма (индивидуальный, парный, массовый, двухстадийный, "конференция идей", "кибернетическая сессия" и т. д.) - эти попытки продолжаются и сейчас. Но уже ясно, что мозговой штурм эффективен только для определенного круга задач, прежде всего, организационных (например, поиски нового вида рекламы) и производственных (найти новое применение данного вида продукции). Мозговой штурм не дает существенных результатов, когда дело доходит до более сложных проблем: его потолок в изобретательстве - задачи второго уровня.

Известны и другие методы психологической активизации творческого процесса: морфологический анализ, метод контрольных вопросов, метод фокальных объектов и т. д. Наиболее сильный метод - синектика. В сущности, это тот же мозговой штурм, но дополненный профессионализмом: штурм ведет группа профессиональных "генераторов идей". Фирма "Синнектикс", основанная автором синектики У. Гордоном, отдает "напрокат" своих "генераторов идей" и берет - по контактам со многими фирмами - группы инженеров на обучение (курс обучения группы стоит от 20 до 200 тыс. долларов - Г. А.). Процесс обучения предельно прост: новичков включают в группы, уже накопившие опыт: "Смотрите, как мы это делаем". Несложна и теория: мозговой штурм ведется с сознательным применением четырех видов аналогий (прямая, личная, символическая, фантастическая), участников штурма призывают помнить о психологической инерции, смелее фантазировать. Решающую роль играет опыт, накапливаемый группой. Постепенно появляются некоторые навыки преодоления психологических барьеров, исчезает страх перед необычными идеями, вырабатывается умение применять аналогии.

И все-таки возможности синектики ограничены: возникнув полтора десятка лет назад, она не стала с тех пор сильнее. Ее предел - задачи второго, реже - третьего уровня.

Методы психологической активизации просты - в этом их главное достоинство. Но они поверхностны, сохраняют - хотя и в несколько улучшенном виде - старую тактику проб и ошибок.

В нашей стране большее распространение получила алгоритмическая методика изобретательства. Она основана на изучении объективных закономерностей развития техники, на исследовании десятков тысяч изобретений. Это не еще один метод активизации мышления, а система научной организации творческого процесса.

Алгоритмическая методика дает изобретателю АРИЗ - алгоритм решения изобретательских задач, то есть программу, позволяющую целенаправленно решать задачи высших уровней. АРИЗ не "отменяет" ни индивидуальных качеств изобретателя, не заменяет знаний и опыта. Меньше всего АРИЗ похож на рецепт для делания изобретений: алгоритмическая методика организует мышление, она требует дисциплины мысли и включает сложные мыслительные операции, правильному выполнению которых надо серьезно учиться.

Почему задачи высших уровней требуют многих проб?

Возьмем хотя бы задачу об изготовлении линии задержки. Как создать требуемую слоистую конструкцию? Можно, например, использовать известный путь -последовательно напылять слой за слоем. В принципе такой способ вполне осуществим. Однако он очень малопроизводителен и дорог: создавать массивную линию задержки напылением - практически неприемлемое решение.

Мы столкнулись здесь с техническим противоречием: стремясь известными путями улучшить один показатель, одну характеристику объекта (например, точность изготовления), мы недопустимо ухудшаем другие характеристики (производительность, стоимость и т. д.). Приходится отбрасывать рассмотренный вариант и начинать сначала. А там снова возникает техническое противоречие... Вспомните, что рассказывал О. Антонов: нужно было увеличить площадь оперения, а известные пути приводили то к уменьшению надежности конструкции, то к появлению вредного фактора. Картина, типичная для изобретательского творчества.

Решить изобретательскую задачу высшего уровня-значит найти техническое противоречие, выявить порождающие его причины и устранить их.

Огромное количество "пустых" проб и ошибок при переборе вариантов обусловлено тем, что поиск ведется без четкого плана, без ясно видимых ориентиров. Смысл АРИЗ в том, чтобы целенаправленно - без множества "пустых" проб - выявить техническое противоречие (оно не всегда лежит на виду), найти порождающие его причины (а иногда и причины причин) и устранить их путем очень небольшого числа проб. Иными словами, АРИЗ - это эвристическая программа, позволяющая без сплошного перебора вариантов свести задачу высшего уровня ("ценой" во многие тысячи проб) к задаче третьего уровня, легко решаемой несколькими простыми пробами.

Посмотрим, как строится процесс решения изобретательских задач при использовании АРИЗ.

Дана задача. Изобразим ее условно в виде треугольника, обращенного вершиной "а" в определенную сторону. Любая задача содержит в своей формулировке изрядный заряд психологической инерции. При методе проб и ошибок поиск, как уже говорилось, ведется перебором вариантов. Варианты изобразим в виде стрелок. Стрелки направлены по вектору психологической инерции, т. е. перебор вариантов идет преимущественно в традиционном, привычном направлении. Острие "а", направлено обычно в сторону решений первого уровня (Р-1). В эту сторону идут и пробы (стрелки).

При решении задач по АРИЗ сначала - шаг за шагом - уничтожаются корни инерции. Достигается это не общими призывами помнить о психологической инерции (как в синектике), а конкретными операциями. Задача, например, очищается от установившейся технической терминологии: термины всегда направляют мысль по уже известным путям. Вот произнесена фраза: "Нужно увеличить скорость движения ледокола" - и слово "ледокол" привязывает мысль к привычной технологии ("колоть лед, ломать, рубить...").

Впрочем, даже убрав термин "ледокол", мы еще не избавляемся от психологической инерции. Слова "ледокол" нет в условиях задачи, но человек видит нечто "ледоколообразное". Чтобы погасить инерцию зрительных представлений, осуществляется серия мысленных операций над объектом. Начнем уменьшать размеры объекта: "то, что движется сквозь лед" теперь имеет размеры в один миллиметр, в один микрон...

Задача резко меняется, привычная технология (колоть, резать) явно не подходит. Начнем теперь мысленно увеличивать размеры: "то, что движется сквозь лед", стало в десять, в сто, тысячу раз больше. Снова меняется технология; невыгодно делать километровой ширины проход во льдах, надо двигаться сквозь лед, не разрушая его (идея дикая... на первый взгляд). Следующих два мысленных эксперимента: уменьшаются (до нуля) и увеличиваются (до бесконечности) допустимые расходы. Это лишь прелюдия к решению задачи, мы только расшатываем психологические барьеры.

Для АРИЗ вообще характерна очень тщательная обработка задачи до решения. Так, патентная информация используется не только прямая, но и обратная, относящаяся к обратным задачам (в нашем примере - способы упрочнения льда), содержащиеся в такой информации идеи часто могут быть "перевернуты", использованные, так сказать, с обратным знаком.

Технические системы - как бы разнообразны они не были - развиваются по определенным законам. В АРИЗ это используется, чтобы по определенным правилам выявить резервы развития исходной системы и определить, можно ли ее развивать или она исчерпала все резервы развития и должна быть заменена принципиально новой системой.

В нашей задаче изменением исходных вариантов, изменяется и положение треугольника. Сейчас он (уже без "корней") повернулся и направлен вершиной в сторону решений высших уровней.

Сразу выйти на эти решения трудно. Но всегда можно (опять-таки по определенным правилам) пойти дальше решения - сформулировать идеальный конечный результат (ИКР), не заботясь о том, как он будет достигнут. ИКР лежит в районе сильных решений; формулируя ИКР, мы избавляемся от множества "пустых" проб. А потом, исследуя ИКР (здесь тоже есть свои правила), можно точно выявить техническое противоречие и вызывающие его причины. Иногда анализ делает решение задачи очевидным. В другой раз приходится применять специальные инструменты для устранения причин, обусловливающих техническое противоречие. Такими инструментами являются основные приемы.

Уже давно было известно, что изобретатель использует какие-то приемы преобразования исходного технического объекта: разделение, объединение, инверсию ("сделать наоборот") и т. д. Разные авторы приводили списки приемов, но списки эти были неполными, наряду с сильными приемами в них фигурировали приемы слабые и устаревшие. А главное - оставалось неизвестным: когда какой прием применять.

При разработке АРИЗ велся систематический анализ патентного фонда: выделялись и исследовались изобретения третьего и более высоких уровней, определялись содержащиеся в них технические противоречия и способы их устранения. На этой основе составлены таблицы наиболее типичных технических противоречий и списки основных приемов их устранения.

При составлении таблицы для АРИЗ-71 было проанализировано около 40 тысяч описаний изобретений. Затем в течение трех лет таблица корректировалась, перестраивалась: в нее вводились прогностические поправки, она проверялась на новых и сложных задачах. Такая таблица не только отражает коллективный творческий опыт огромного числа изобретателей, но имеет и солидный запас "прогностической прочности": рекомендуемые ею приемы не устареют в ближайшие 8 - 10 лет.

В рамках статьи невозможно рассмотреть весь ход решения задачи. Мы покажем работу АРИЗ на одном его фрагменте, взяв не очень сложную учебную задачу.

Вот она:

"Образцы материала в виде стержней испытывают на длительную прочность в условиях высокой температуры и агрессивной среды. Для этого используют прочные металлические шкафы-сейфы. Образцы укрепляют внутри сейфа, подвешивают к образцу груз и заполняют сейф агрессивным веществом. Крышку сейфа закрывают.
Основная проблема - как определить время разрыва образца (или падения груза - это безразлично, т. к. испытания длятся много дней, а требуемая точность - минута).

Размещать сигнальные устройства внутри камеры нельзя. Сквозные отверстия делать в стенках тоже нельзя.

Тут сразу напрашиваются решения, продиктованные психологической инерцией: просвечивать камеру излучениями (сложно!), улавливать снаружи шум груза (ненадежно!)...

Начнем решать задачу по АРИЗ. Уберем термины и в двух фразах опишем ситуацию: элементы данной технической системы ("действующие лица изобретательской драмы") и основной конфликт. Для нашей задачи это звучит так: "Дана система из коробки, образца (стержня), груза и агрессивной среды. Трудно определить извне момент разрыва образца или падения груза".

Первый шаг: выделим те элементы, которые - по условиям задачи - могут быть изменены. Это - коробка и груз, поскольку образец и агрессивная среда заданы условиями испытаний. Коробку и груз можно менять, сохраняя лишь их функции: коробка должна вмещать остальные элементы, груз должен растягивать образец с требуемой силой.

Следующий шаг: выберем один из этих элементов. Для этого в АРИЗ имеются определенные правила. В частности, целесообразнее рассматривать неподвижные элементы. Поэтому будем изменять коробку.

Теперь можно сформулировать ИКР: "Коробка сама сообщает о происшедшем событии. Слово "сама" (сам, само) всегда включается в формулу ИКР; это слово придает "идеальность" требуемому действию. Коробка сама - без всяких приборов - отмечает нужное событие (что может быть идеальнее?). Еще один шаг: выделим ту часть коробки, которая не обеспечивает ИКР. Коробка состоит из внутреннего объема и стенок. К внутреннему объему у нас нет претензий, а вот стенки скрывают то, что происходит внутри. Следовательно (это еще один шаг), при изменении состояния образца (груз падает) должно меняться состояние стенок. Причем стенки (вспомним ИКР!) должны сами, т. е. без всяких преобразований, менять состояние: падает груз - должны падать и стенки. Тут отчетливо видно физическое противоречие: стенки должны падать (чтобы сообщать о падении груза) и не должны падать (чтобы сохранилась целостность коробки). При каких условиях. стенки можно двигать, не нарушая целостности коробки? Ответ очевиден: если движущиеся стенки неподвижны относительно друг друга. Значит, коробка должна падать целиком: упал груз - упала (наклонилась, передвинулась) вся коробка.

Мы свели изобретательскую задачу к простой конструкторской. Разумеется, это не единственно возможное решение. АРИЗ - эвристический алгоритм. Он не дает всех решений данной задачи. Его назначение - дать одно из достаточно хороших решений.

Задачу можно усложнить. Предположим, образец очень тонок (тонкая проволока), груз легок, а камера тяжела. Как быть в этом случае? Можно, конечно, установить камеру на уступе так, чтобы она держалась "еле-еле" - но это плохо (камера будет падать от случайных толчков). Можно устроить что-то вроде механизма "цепного падения" внутри камеры - это тоже плохо (сложно). Казалось бы, неразрешимое противоречие: груз должен быть легким для образца и тяжелым для камеры... Но если есть противоречие, есть и возможность его устранения. Нам надо как-то убрать часть веса груза - положим груз на наклонную плоскость. Часть веса уравновесится реакцией опоры. А когда образец разорвется и упадет, на камеру полностью будет действовать его вес. Наклонная плоскость позволяет создавать и переменную нагрузку на образец: для этого достаточно менять угол наклона камеры.

Мы взяли эту задачу для наглядности. При решении сложных задач эффект АРИЗ еще более значителен: удается шаг за шагом устранять "совершенно непреодолимые" противоречия.

АРИЗ быстро совершенствуется. Недавно, например, был разработан вепольный анализ. Веполем называется техническая система, состоящая из поля, вещества (объекта) и среды двух веществ, каждое из которых является средой по отношению к другому). В веполе изменение одного элемента вызывает определенное изменение других. Вепольные системы очень распространены в современной технике, и вепольный анализ, раскрывая законы развития веполей, позволяет легко решать многие трудные задачи.

Вернемся, например, к задаче о грузе и камере. Нетрудно заметить, что это -невепольная система: гравитационное поле меняет состояние груза (груз падает), но не меняет состояние камеры. А всякая невепольная система стремится стать вепольной - это основное положение вепольного анализа.

Система "поле-груз-камера" станет вепольной, если гравитационное поле (через падающий груз или непосредственно) будет действовать на камеру. То есть мы сразу приходим к выводу, который раньше был получен в результате последовательного анализа.

Другая тенденция развития веполей: вещество в виде твердого тела заменяется раздробленным веществом (полю легче управлять порошком). Применим это положение к нашей задаче. Камеру трудно сделать "порошковой" - камера должна держать агрессивную среду. А вот груз можно сделать, например, в виде песочных часов. Упав, такой груз опрокинется, песок перестанет пересыпаться. Можно взять не песочные часы, а капельницу - это точнее. В одной камере можно разместить десятки образцов (камера теперь не должна наклоняться)...

Вепольный анализ, развивая АРИЗ, делает методику изобретательства еще более сильной. Обратимся хотя бы к задаче об изготовлении линии задержки. По условиям задачи даны два вещества - это, конечно, невепольная система. Нужно, чтобы эти вещества вступили во взаимодействие. На расстоянии они взаимодействовать не будут. Следовательно, надо их как-то соединить: скажем, измельчить и смешать. Вывод этот очевиден при вепольном подходе, хотя для обычного изобретательского мышления такой путь ничем не мотивирован. Зная же принципы вепольного анализа, нетрудно заметить, что для перехода к веполю теперь остается ввести какое-то поле. В смеси двух веществ частицы расположены хаотически, а нам нужна определенная пространственная структура. Нужно передвинуть частицы - а какое поле может это сделать? Тут первый же напрашивающийся ответ: можно использовать колебания. В сущности, мы еще не приступили к анализу задачи, мы только взглянули на задачу с позиций вепольного анализа и сразу увидели: нужно воздействие колебаний на смесь двух веществ. И это очень близко к ответу. Надо насыпать частицы тугоплавкого вещества в расплав легкоплавкого, а затем подвергнуть эту смесь действию стоячего ультразвукового поля. Частицы тугоплавкого вещества соберутся в плоскостях, соответствующих узлам, а в пучностях будет только легкоплавкое вещество. Остается быстро охладить ("заморозить") полученную структуру. Вепольный анализ позволил перейти от сложной задачи к вопросам на уровне конструирования. Подбор подходящего поля требует рассмотрения лишь нескольких вариантов: трудная задача стала легкой.

Когда человек, владеющий вепольным анализом, решает подобные задачи, стороннему наблюдателю это кажется проявлением необъяснимой и очень мощной интуиции...

При изучении методики изобретательства рассматриваются сотни учебных и производственных задач, и анализ каждой задачи, в своем роде, становится уроком творчества. Занятия вырабатывают навыки направленного мышления, развивают творческие способности, обогащают слушателей пониманием технологии творчества.

Двухгодичная учебная программа Азербайджанского Общественного института изобретательского творчества включает не только методику изобретательских задач, но и основы патентоведения, прогностику, информатику, курс развития творческого воображения. Учеба была нелегкой: кроме занятий в аудитории слушатели каждый раз получали домашние задания, выполняли курсовые работы, сдавали экзамены и, наконец, готовили и защищали дипломные проекты, содержащие решение новых изобретательских задач.

Большинство слушателей, зачисленных в институт два года назад, успешно защитили дипломные проекты. Подготовка дипломных проектов продолжается (некоторые темы связаны с большим объемом работы), но уже сейчас можно со всей определенностью сказать: эксперимент показал, что изучение методики изобретательства позволяет уверенно решать сложные изобретательские задачи.

Мы специально не отбирали слушателей, единственным требованием было: не пропускать занятий, выполнять домашние задания. Разумеется, одни освоили методику изобретательства лучше, другие хуже, это типично для любого учебного процесса. Но среди слушателей, успешно защитивших дипломные проекты, были и два школьника (ныне они учатся в вузе) - факт, достаточно красноречивый.

В основу многих дипломных работ положены изобретения, уже внедренные или принятые к внедрению. Таково, например, изобретение В. А. Арсеньева, которое, по мнению ведущих специалистов-нефтяников, найдет очень широкое применение. Ценный прибор, уже используемый при исследованиях, изобрел физик Ю. Горин. [...]

Обучение методике изобретательства успешно велось в Днепропетровске, Свердловске,
Ташкенте, Куйбышеве, Петрозаводске и других городах. В Объединенном институте ядерных исследований (Дубна) семинар по методике изобретательства дал 12 заявок, из которых 7 уже признаны изобретениями.

В 1973-1974 учебном году будут открыты общественные школы изобретательского творчества в Москве, Горьком, Иркутске и ряде других городов. Недавно прошел первый семинар по АРИЗ в Болгарии, намечается открытие школ в Польше и ГДР.
Интересен такой случай. В Ставрополе, на семинаре, проведенном на заводе "Красный металлист" была рассмотрена задача, относящаяся к усовершенствованию рейсмусовых станков. Задача эта вызвала особый интерес у участников семинара, потому что ее безуспешно пытались решать уже несколько десятков лет. Применив АРИЗ, участники семинара получили решение, которое всем понравилось. Стали подготавливать заявку на изобретение. В самый последний момент в Московской патентной библиотеке был обнаружен свежий швейцарский патент с абсолютно идентичным решением...

Если бы АРИЗ был применен к задаче своевременно, не пришлось бы сожалеть об утраченном приоритете. Случай, увы, не редкий. За неэффективность привычного метода проб и ошибок, за незнание методов решения изобретательских задач приходится расплачиваться потерей усилий и времени, потерей приоритета на изобретения. [...]

Научная организация творческого процесса - настоятельное веление времени. Пройдет несколько лет, и первейшим качеством каждого инженера станет его творческий потенциал: умение генерировать новые идеи, знание эффективных методов решения творческих задач, наличие тренированного творческого воображения, способность быстро осваивать и перерабатывать новую информацию.

Готовиться к этому надо сегодня, сейчас.

Г. АЛЬТШУЛЛЕР,
Руководитель Общественной лаборатории
методики изобретательства при ЦС ВОИР