Официальный фонд Г.С. Альтшуллера

English Deutsch Français Español
Главная страница
Карта сайта
Новости ТРИЗ
E-Книга
Термины
Работы
- ТРИЗ
- РТВ
- Регистр идей фантастики
- Школьникам, учителям, родителям
- ТРТЛ
- О качестве и технике работы
- Критика
Форум
Библиография
- Альтшуллер
- Журавлева
Биография
- Хронология событий
- Интервью
- Переписка
- А/б рассказы
- Аудио
- Видео
- Фото
Правообладатели
Опросы
Поставьте ссылку
World

распечатать







   
© Альтшуллер Г.С. Как научиться изобретать. – Тамбов: Книжное издательство, 1961. – С. 53 - 70.
 
ПОИСКИ?
ДА, СИСТЕМАТИЧЕСКИЕ ПОИСКИ!
 
Всякая техническая задача обычно может быть решена десятками спо­собов. Величие инженера измеряет­ся не его способностью находить наиболее остроумное решение, а уме­нием выбрать из многих возможных решений самое простое и экономич­ное.
 
Доктор технических наук, изобретатель Г. Бабат
 
Анализируя задачу о баллонах, мы последовательно пришли к конкретному требованию: «Нужно сделать так, чтобы подсоединяемые рабочие баллоны не были бы пустыми». Отсюда оставалось полшага до идеи о заполнении баллонов жидкостью. Разумеется, далеко не все задачи «сдаются» на этой стадии творческого про­цесса. И тогда приходится систематически искать способы устране­ния выявленного технического противоречия (точнее, искать спосо­бы устранения условий, вызывающих это противоречие). Начинается оперативная стадия творческого процесса.
 
Здесь уже нет единой цепи логических операций. Здесь прихо­дится искать.
 
Читатель вправе спросить: поиски — это нечто, ведущееся путем проб и ошибок, так сказать, нащупыванием; можно ли в таком слу­чае говорить о научном методе? Да, можно.
 
Во-первых, методика строго направляет поиски: изобретатель ищет не какую-то «озаряющую» идею, а способ изменения кон­кретных условий, которые вызвали техническое противоречие. Изобретатель уже знает, что ему нужно («Чтобы баллон не был пустым...»), и ищет только, как это сделать («Чем его можно заполнить?..»). Для этого изобретатель подбирает уже известные в тех­нике, но неизвестные применительно к данной задаче (и вообще к данной отрасли техники) приемы. Так, например, задача о баллонах решена приемом, известным в химической технике: вытеснени­ем газа жидкостью. Аналитическая стадия превратила расплывчатую изобретательскую проблему почти в чисто конструкторскую задачу.
 
Во-вторых, поиски ведутся по определенной рациональной си­стеме. Общей формулы нет, но есть приемы, достаточные для большинства случаев. Изобретателю нужно систематически пере­пробовать эти приемы. Как правило, один из них дает искомое решение.
 
Каждая техническая задача по-своему индивидуальна. В каждой задаче есть что-то свое, неповторимое. Анализ дает возможность изобретателю пробиться сквозь наслоение частностей к общему, главному, принципиальному. Всепроникающая исследовательская логика позволяет увидеть костяк, основу задачи — техническое противоречие. И положение сразу меняется. Изобретательских задач — бесчисленное множество, но технических противоречий сравнительно немного. Иначе говоря: существуют типичные техни­ческие противоречия и существуют типовые приемы их устранения.
 
Типовые приемы — инструменты в творческой мастерской изо­бретателя. А в хорошей мастерской инструменты никогда не лежат как попало. Поэтому на оперативной стадии творческого процесса приемы устранения технических противоречий должны использоваться по определенной системе. При отработке методики были испытаны различные последовательности расположения этих прие­мов. Наиболее целесообразной представляется такая система, при которой приемы устранения технических противоречий расположе­ны от простых и наиболее часто употребляемых к сложным и сравнительно редко употребляемым.
 
Начинающий изобретатель обычно стремится к «эффектному» решению. Для преодоления простого технического противоречия ему хочется обязательно использовать электронные приборы, радиоактивные изотопы, словом, нечто «современное». В резуль­тате возникают идеи, которые в принципе осуществимы, но практи­чески непригодны из-за сложности их конструктивного воплощения.
 
В каждом изобретении есть две стороны: что достигается и какими затратами достигается. Почти всегда для осуществления изобретения нужно что-то построить, чем-то дополнить существу­ющие машины. Это связано с затратами на реализацию, и задача изобретателя состоит в том, чтобы све­сти затраты к минимуму. «Максимум нового эффекта при минимуме затрат на реализацию» — такова формула хо­рошего изобретения.
 

 
Рис. 7
 
Вот несколько примеров изобретений простых и вместе с тем эффективных. Необычный тягач, изображенный на рис. 7, предназначен для работ в слож­ных дорожных условиях. Сварные пусто­телые колеса позволяют ему с одинако­вой легкостью передвигаться по доро­гам, болотам и даже по воде, развивая скорость до 15 км в час. Изменение размера колес (увеличение диаметра) привело к появлению существенно новых и полезных для колесного экипажа качеств.
 
Другой пример — спиральная нить в лампах накаливания. Един­ственным путем для повышения экономичности и мощности элек­трической лампочки накаливания было увеличение рабочей тем­пературы нити. Но с повышением температуры даже тугоплавкий осмий начинал интенсивно испаряться. Требования экономичности и мощности пришли в противоречие с требованием живучести лам­пы. Как же решили эту задачу? Причина противоречия — испаре­ние металла с поверхности нити. Условия, при которых эта причина устраняется, — уменьшение поверхности нити. Сократить размеры нити, однако, нельзя — уменьшится световая мощность. Иное дело изменение формы. Если свернуть нить в спираль, то свет по-преж­нему будет идти со всей поверхности нити и испарение будет происходить только с внешней стороны спирали (пространство внутри спирали мгновенно насытится парами металла, и дальнейшее испа­рение прекратится).
 
Переход от прямой нити к спиральной был изобретением ог­ромного значения. Но почти одновременно нашли и другое реше­ние: повысить давление среды, в которой работает нить, тогда ис­парение нити замедлится. От вакуумных ламп перешли к газонаполненным. Замена среды (баллон лампы заполнили аргон-азотной смесью) была еще одним крупным изобретением.
 
Многие современные машины и механизмы представляют собой объединение нескольких однородных частей (например, многоци­линдровый двигатель внутреннего сгорания или рабочий орган многоковшового экскаватора). В процессе работы нагрузка на ма­шину меняется; распределение же этой нагрузки по отдельным однородным частям машины остается постоянным. Поэтому на практике нередко отдельные части машины работают как бы впол­силы. В таких случаях целесообразно уменьшить на время количест­во работающих одновременно частей, чтобы оставшиеся части ра­ботали с полной нагрузкой.
 
Можно привести такой пример. Мощные дизели тепловозов, су­дов, электростанций почти пятьдесят процентов времени работают с небольшой нагрузкой или на холостом ходу. Горючего при этом по­дается мало, а форсунки рассчитаны на полную нагрузку. В резуль­тате распыление ухудшается, две трети топлива буквально вылетают в трубу. На харьковском заводе имени Малышева остроумным спо­собом избавили моторы от этого недостатка: специальное устройст­во автоматически отключает при снижении нагрузки половину ци­линдров. Остальным приходится работать напряженнее, а значит и экономичнее.
 
Особый интерес представляет вторая группа приемов, связанная с разделением объекта на части. В творческой мастерской изобрета­теля эти приемы используются много чаще, чем приемы, основанные на объединении объектов, и это не случайно. Дело в том, что маши­ны развиваются от простого к сложному. Достаточно сравнить самолеты начала века с современными реактивными лайнерами, чтобы сразу увидеть эту тенденцию.
 
Рассмотрим некоторые примеры.
 
Протектор — рабочая часть шины — имеет рисунчатую поверх­ность в виде «елочки», ромбов или пересекающихся лент. Шина выходит из строя, когда истираются эти выступы протектора. И хотя по весу они составляют лишь очень не­большую часть, выбрасывать прихо­дится всю шину. На рис. 8 показана шина, протектор которой не имеет никакого рисунка. По окружности всей поверхности шины пролегают три канавки. В них закладываются резиновые кольца, армированные металлокордом. Кольца возвышают­ся над бортом канавки и восприни­мают всю нагрузку при движении автомобиля. Изношенные кольца мо­гут быть сменены, а шина будет служить дальше.
 

 
Рис. 8
 
 
Казалось бы, выделение «слабой» части должно считаться обычным конструкторским приемом. Одна­ко есть объекты (к их числу относится и протектор шины), которые мы настолько привыкли воспринимать как единое целое, что пред­ставить их себе в виде отдельных частей невозможно без развитого творческого воображения.
 

 
Рис. 9
 
 
Это относится и к следующему приему — выделению «необходи­мой и достаточной» части объекта. Вы, конечно, не раз видели, как работает маневровый паровоз. Машина, которая может быстро тя­нуть десятки вагонов, медленно тянет один вагон. Трудно придумать что-либо более нерациональное, однако это было привычным и по­тому продолжалось на протяжении многих десятков лет. Лишь со­всем недавно в ГДР были изобретены легкие вагонотолкатели (рис. 9). Они имеют мотор внутреннего сгорания, весят всего 200 кг и легко передвигают вагоны весом до 100 т.
 
Третий прием — разделение объекта на одинаковые части. Вот характерный пример. На обычный диск колеса вместо одной шины надеты три узких (рис. 10). Если в пути выйдет из строя одна из трех шин, авто­мобиль сможет продол­жать движение.
 

 
Рис. 10
 
 
Это широко известный в конструкторской практике прием повышения живуче­сти. Изобретательским он может считаться лишь в том случае, если разделение на части применяется в дан­ном объекте впервые и по­зволяет устранить техническое противоречие. Поясним на примере. Многие нефтяные скважи­ны бурят наклонно для того, чтобы с одной вышки пробурить сразу несколько скважин. Пока наклонные скважины проходили турбобуром, все было хорошо. Но вот в скважину спу­стили новую машину—электробур. И не­ожиданно выяснилось, что эта более со­вершенная машина малопригодна для бурения наклонных скважин. Почему?
 
Приходилось ли вам видеть, как длинный автобус застревает, пытаясь свернуть в узкий переулок? Нечто по­добное происходит и с электробуром. Он имеет большую длину, и стенки скважины не позволяют ему «развернуться».
 
Казалось бы, надо просто укоротить электробур. Но укороченный электробур обязательно окажется маломощным. И, наоборот, удлиненный бур будет более мощным, но менее пригодным для наклонного бурения.
 
Что же сделал изобретатель? Он разделил корпус электробура на четыре одинаковые части и соединил их шарнирно. Общая дли­на бура осталась прежней, мощность не снизилась. Но благодаря разделению на части появилась возможность придать буру изо­гнутую форму. Теперь электробур легко отклонялся в сторону, а именно это и нужно для наклонного бурения.
 
Четвертый прием — разделение объекта на разные по функции части. С этим приемом связано историческое развитие многих ма­шин. Например, вся история парового двигателя есть, в сущности, история разделения его на части, каждая из которых выполняет свою, частную функцию. В XVII веке паровой двигатель представ­лял собой цилиндр, выполнявший одновременно функцию парового котла и конденсатора. Вода заливалась непосредственно в цилиндр. Огонь обогревал цилиндр, вода закипала, пар поднимал поршень. Тогда жаровню с огнем убирали и поливали цилиндр холодной водой. Пар конденсировался, и поршень под действием атмосферного давления шел вниз. Это и был рабочий ход. Понятно, что каждый раз приходилось нагревать и охлаждать всю воду, залитую в паро­вой цилиндр.
 
В начале XVIII века изобретатели догадались отделить паровой котел от цилиндра двигателя. Это позволило существенно сократить расход топлива. Паровые машины начали использоваться для откач­ки воды в шахтах.
 
Однако конденсация отработанного пара по-прежнему велась в самом цилиндре, что вызывало огромные тепловые потери. Бывали случаи, когда при двигателе приходилось держать 50 лошадей, едва успевавших подвозить топливо. Нужно было сделать следующий шаг — отделить конденсатор. Выдвинул и осуществил эту идею Джемс Уатт. Вот что он рассказывает о своем изобретении:
 
«После того как я всячески обдумывал вопрос, я пришел к твер­дому заключению: для того, чтобы иметь совершенную паровую машину, необходимо, чтобы цилиндр всегда был так же горяч, как и входящий в него пар. Однако конденсация пара для образования вакуума должна происходить при температуре не выше 30 гра­дусов..,
Это было возле Глазго, я вышел на прогулку около полудня. Был прекрасный день. Я проходил мимо старой прачечной, думая о машине, и подошел к дому Герда, когда мне пришла в голову мысль, что пар ведь упругое тело и легко устремляется в пустоту. Если установить связь между цилиндром и резервуаром с разреженным воздухом, то пар устремится туда и цилиндр не надо будет охлаж­дать. Я не дошел еще до Гофхауза, как все дело было кончено в моем уме!»
 
Значительную группу составляют изменения во внешней среде. При исследовании целесообразности внесения таких изменений изоб­ретатель должен изучить внешнюю (для данного объекта) среду и ее влияние на объект. В частности, следует рассмотреть возмож­ность изменения параметров среды (давления, температуры, скоро­сти движения и т. д.) или замены данной среды другой, обладающей более благоприятными характеристиками. Например, при изготовле­нии бетона в обычных бетономешалках даже при длительном переме­шивании в бетонной массе остается значительное количество мелких воздушных пузырьков, снижающих прочность бетона. В связи с этим был предложен так называемый вакуумный способ приготовления бе­тона. В вакуумных бетономешалках бетонная масса перемешивается в разреженной среде, создаваемой внутри барабана. Количественное изменение одного из параметров (давления) внешней среды дает ка­чественно новый эффект: прочность бетона увеличивается вдвое.
 
Весьма интересна следующая группа приемов — изменения в со­седних объектах.
 
Аналитическая стадия нередко приходит к такому выводу: «Надо улучшить работу данной машины, однако (в силу тех или иных кон­кретных причин) изменять саму машину нельзя». Противоречие на первый взгляд кажется неразрешимым: надо изменить машину и в то же время не менять ее. В таких случаях есть смысл сразу, опустив рассмотрение других приемов, задаться вопросом: «Нельзя ли до­стичь требуемого результата изменениями в какой-то другой маши­не, работающей совместно с данной?»
 
Иногда достаточно простого установления взаимосвязи между ранее независимыми машинами или процессами. Можно привести такой пример. Для освещения на киностудиях используется, в основном, постоянный ток. Вызвано это тем, что частота съемки (24 кадра в секунду) не совпадает с частотой промышленного пере­менного тока (50 периодов в секунду). При питании светильников переменным током открытие затвора объектива киносъемочного аппарата может совпадать с минимумом освещенности, в резуль­тате чего часть кадров получится затемненной. Выдержка при съемке каждого кадра составляет обычно 1/1000 сек., поэтому только 2,4 процента световой энергии, падающей на объектив, ис­пользуется полезно. Если питать безынерционные светильники то­ковыми импульсами, синхронными и синфазными вращению шторки объектива, то свет будет включаться только в те моменты, когда объектив открыт. Артисты же будут видеть значительно ослаблен­ный непрерывный свет, поскольку уже при 10—15 импульсах в се­кунду человеческий глаз воспринимает световой поток как непре­рывный. Установление взаимосвязи между двумя ранее независи­мыми приборами — объективами и светильниками — дает новый технический эффект: резко сокращается расход электроэнергии, облегчается работа артистов.
 
Техническое противоречие может быть вызвано и необходи­мостью увеличить число объектов, одновременно действующих на ограниченной площади. В этих случаях трудности решения часто носят психологический характер. Изобретатель рассматривает именно данную площадь, упуская из виду возможность ис­пользования свободного пространства над этой площадью или под ней. Для многих технических объектов расположение в один ряд, в один «слой», настолько традиционно, что изобретатель подсоз­нательно ограничивает себя требованием не нарушать этой тради­ции. А решение лежит буквально рядом — надо перейти от гори­зонтальной компоновки к вертикальной, вспомнить о свободной обратной стороне этой площади, вспомнить о возможности «над­стройки».
 
Известный советский изобретатель Д. Киселев, долгое время ра­ботавший над совершенствованием долота для бурения нефтяных скважин, рассказывает в своей книге «Поиски конструктора»:
 
«В долоте также каждый подшипник обладает определенной грузоподъемностью, и если увеличить их число, дать меньшую на­грузку каждому, можно улучшить условия их «деятельности», пре­дотвратить износ. Именно по этому пути шла все время моя мысль в поисках различных схем размещения подшипников. Но мешали габариты долота, малое пространство, на котором я имел возможность располагать необходимое мне количество шариков и роликов. Теперь же я вдруг увидел решение, вот оно, рядом. На одном и том же участке поверхности можно разместить большое количество «элементов», подшипников, в два яруса, совсем так, как размещаются люди и вещи в купе пассажирских вагонов. Я да­же рассмеялся: так просто было это решение, тщетно разыскивае­мое много месяцев».
 
Да, решение оказалось простым (рис. 11). Почему же потребо­вались многие месяцы? Да потому, что традиционная форма под­шипников привычна, и очень нелегко представить себе «двухслой­ный», «двухэтажный» подшипник.
 

 
Рис. 11
 
Именно поэтому во всех случаях, когда противоречие связано с ограниченной площадью, нужно задаться вопросом: «А что, если использовать свободную обратную сторону этой площади?»
 
* * *
 
Существуют и другие, сравнительно реже используемые, при­емы устранения технических противоречий. Например, задачи, связанные с многостадийными технологическими процессами, ре­шаются изменением скорости той или иной стадии процесса, сов­мещением во времени отдельных стадий, устранением пауз между ними. Изобретателю полезно иметь таблицу таких приемов и по­стоянно ее пополнять, приглядываясь к методам решения различ­ных технических задач. В качестве основы для таблицы могут по­служить четыре группы приемов, с которыми мы уже познакомились. При пополнении таблицы можно не заботиться о строгости классификации. Достаточно, чтобы приемы располагались от про­стых к более сложным.
 
Когда техническое противоречие выявлено, изобретатель должен, не полагаясь на память, взять лист с таблицей приемов и последовательно проверить пригодность каждого приема. Прове­рить без спешки, не отдавая заранее предпочтения тому или ино­му приему, не пропуская приемы, кажущиеся «заведомо непри­годными». Очень часто лучшее решение дают именно эти «заведо­мо непригодные» приемы.
 
Надо иметь в виду еще и следующее. Аналитическая стадия почти всегда дает однозначный ответ. Различие может быть только в форме, в которой выражен этот ответ. Самое же главное противоречие в каждой задаче одно. Иначе обстоит дело на опе­ративной стадии творческого процесса. Эта стадия уже не отлича­ется однозначностью: одно и то же техническое противоречие мо­жет быть, вообще говоря, устранено различными путями. Поэтому на оперативной стадии эксперимент играет более заметную роль, являясь критерием для окончательного выбора того или иного спо­соба, приема и т. д.
 
* * *
 
Сейчас, когда мы познакомились с основными этапами оператив­ной стадии творческого процесса, можно вернуться к задаче о ба­шенных часах.
 
Задача эта была предложена на одном из семинаров по методи­ке изобретательства. Ниже, в таблице, даны два варианта решения, выполненные двумя участниками семинара независимо друг от lруга.
 
Решение задачи о башенных часах
 
Аналитическая стадия
 
1. Поставить задачу в общем виде
Предложить предельно простые башенные часы для установки на возможно большей высоте.
 
 
Первый вариант
 
Второй вариант
 
2. Представить себе идеальный конечный результат
Время хорошо видно, не­смотря на значительное рас­стояние часов от наблюда­теля.
 
Часы подняты к верхним этажам высотного дома. Циферблат соответ­ственно увеличен, а механизм остал­ся не более сложным, чем обычно.
3. Определить, что мешает достижению этого результата
Увеличение сложности и громоздкости механизма, а также усложнение его эксплуатации.
С увеличением циферблата и стрелок приходится увеличивать и меха­низм.
4. Определить — почему?
При большом циферблате велико расстояние до цифр, значит стрелки должны быть массивными, длинными.
Механизм часов — это двигатель,
стрелки — рабочий орган. Увеличение
рабочего органа требует и увеличе­ния двигателя.
5. Определить, при каких условиях противоречие снимается
Когда расстояние от механизма до цифр не будет увеличиваться с увеличением циферблата.
Только в том случае, если механизм часов перестанет играть роль привода стрелок. Надо изменить характер связи между механизмом и стрелками. Механическая связь не годится. Электрическая? Вероятно, это несколько лучше, и все-таки бу­дет громоздкий механизм. Перейдем к оперативной стадии. Два объек­та — значит к четвертой группе при­емов.
 
Оперативная стадия
 
Первый вариант решения
 
1. Изменения внутри объекта.
 
А. Размеры, форма, материал и т. д.
Нет.
 
Б. Изменения взаимного расположения частей.
 
Нужно изменить взаимное расположение цифр и механизма, чтобы исключить необходимость в стрелках. Например, как в арифмометре: четыре окна, за которыми расположены барабаны с цифрами. При вращении барабанов в окнах появляются цифры. В двух первых ок­нах — цифры часов, в двух следующих — цифры, соответствующие числу минут.
 
Преимущества сравнительно со стрелочной системой циферблата: упрощается устройство механизма, при данном размере циферблата на нем размещаются не двенадцать маленьких цифр, а четыре боль­ших (то есть полностью используется вся площадь циферблата, а не полоса вдоль его окружности).
 
Второй вариант решения
 
1. Изменения внутри объекта.
Нет.
 
2. Разделение системы.
 
А. Выделение слабого элемента.
Нет.
 
Б. Выделение «необходимого и достаточного» элемента.
 
«Необходимым и достаточным» элементом в данном случае является циферблат (со стрелками). Он должен быть большим и хоро­шо видимым. Механизм надо иметь небольшой, а циферблат надо увеличивать. Есть только один способ такого увеличения — оптический.
 
Решение: надо использовать экран типа того, что бывает в дневном кино. Экран должен быть защищен от солнечных лучей козырьком, навесом. На экране проецируется изображение небольших часов. Они могут иметь размер карманных или комнатных. Устройство для проецирования очень просто (эпидиаскоп, который применяется на лекциях для демонстрации рисунков).
 
Можно вести проецирование с точнейшего хронометра: это даст возможность создать башенные часы с центральной секундной стрел­кой.
Вероятно, этот принцип можно использовать и для создания больших демонстрационных секундомеров, которые найдут примене­ние при спортивных состязаниях.
 
Трудно не отдать предпочтение второму варианту. В чем же при­чина? Почему изобретатель, предложивший первый вариант, «ушел в сторону?»
 
В первом варианте решения уже на аналитической стадии допу­щена серьезная ошибка. В сущности, одна задача заменена другой и притом более простой. Требовалось поднять на возможно большую высоту башенные часы, не усложняя их механизм. В первом варианте решения эта задача подменена другой: дать возможность наблюда­телю с возможно большего расстояния видеть цифры. Мы привыкли к внешнему виду часового циферблата. И нам далеко не безразлично, сохранят ли башенные часы свой обычный вид или это будет не­кая кодовая система условной сигнализации. В последнем случае возникает техническое противоречие: выигрывая в простоте механизма, мы проигрываем в удобстве пользования им (с точки зрения наблюдателя).
 
Второй вариант решения почти безупречен. И это особенно чув­ствуется на последних этапах решения. Оказывается возможным пло­дотворно использовать найденную идею и для решения других более или менее подобных задач.
 
Хорошие технические идеи всегда непоседливы. Именно поэтому большое значение на оперативной стадии творческого процесса игра­ет перенос, то есть устранение технического противоречия с помощью приемов, уже известных в других областях техники.
 
Строго говоря, все изобретения в той или иной мере основаны на переносе. Исключение составляют лишь изобретения, непосред­ственно связанные с вновь сделанными открытиями Изобретатель, как правило, использует для решения данной технической задачи при­емы, которые уже использовались где-то в других областях техники, хотя и для решения совсем иных задач.
 
Перенос — сильное средство устранения технических противоре­чий. Преимущество переноса в том, что он дает возможность ис­пользовать проверенную на практике идею. Очевидно, чем шире кругозор изобретателя, тем легче ему использовать метод пере­носа.
 
Метод переноса использован, в частности, И. Г. Логиновым при создании трактора-автомата. Вот что пишет изобретатель в своих воспоминаниях:
 
«История создания автоматического пахаря простая. Стоило мне самому некоторое время поработать на мощном тракторе «С-80», как я почувствовал, какой это нелегкий труд. Сидишь в ка­бине, согнувшись, и переводишь то один, то другой рычаг управле­ния машиной. Тяжелая и утомительная работа!
 
До этого я работал на Семипалатинском метизном заводе, где имеются совершенные станки с копировальным устройством. Вот я и стал соображать, как бы облегчить труд тракториста?
 
...И здесь мне помогло знакомство с копировально-фрезерным станком. Если принять трактор с плугом за фрезу, а землю рас­сматривать как копировальную линейку, то остается только при­думать копир.
 
Копир-полоз скользит по борозде, которую вначале проложил я сам. На раме копировальной установки на кронштейне смонтиро­вана контактная коробка и реле. При изменении расстояния между трактором и бороздой копир поворачивается и замыкает один из контактов. К одному из реле поворотов подается сигнал «Левее» или «Правее». Реле срабатывает и подает команду золотнику, ко­торый направляет масло в левую или правую секцию дополнитель­ного устройства сервомеханизма и осуществляет поворот машины. Прокладываемая борозда принимает очертания борозды, по кото­рой движется копир».
 
С помощью переноса решается, в частности, последняя из предложенных учебных задач. Читатель, вероятно, помнит, что она взята из статьи тов. М. Фишкиса, начальника техбюро сварки завода им. Лихачева. Через несколько месяцев после опубликования этой статьи тов. Фишкис рассказал на страницах журнала «Изобретатель и рационализатор», что было получено много удач­ных решений. «Наибольшее практическое значение, — пишет автор статьи, — имеют предложения В.В. Кузнецова, В.С. Муханова и П.В.Пирогова.
 
Товарищ Пирогов много лет работал механиком на подземных работах, и ему не раз приходилось сооружать различные камеры и конструкции, спускать в шахты тяжелые стальные листы. Он создал вполне надежный и простой захват для транспортировки ли­стов в вертикальном положении. В основу приспособления положен принцип захвата торца листа клином. Роль клина выполняет ролик с насечкой, установленной под углом 17 к плоскости листа. Лист собственным весом затягивает наклонно скользящий ролик и обеспечивает надежность захвата. Мы думаем, что такая конструкция найдет применение при транспортировке листов толщиной до 30 мм. Сейчас захват изготовляется в металле.
 
Для транспортировки листов практически любой толщины, с полным обеспечением безопасности работы, очень простое и удобное решение нашли изобретатели В. В. Кузнецов из Калинин­ской области и В. С. Муханов из Коми АССР. Идея захвата следующая: два ковша, подвешенные на тросах, одеваются на нижние углы листа. При подъеме, когда тросы натягиваются, возникает усилие, прижимающее ковши к торцам листа».
 
Быть может, у читателя возник вопрос: а требовалось ли здесь вообще изобретение? В строительной технике уже давно известны и нашли широкое применение захваты для вертикального тран­спортирования крупных стеновых блоков и панелей, основанные на тех же принципах, что и захваты, предложенные В. Кузнецовым, В. Мухановым и П. Пироговым. Почему бы сварщикам просто не поинтересо­ваться тем, как строите­ли решают задачи по транспортировке крупно­размерных деталей?
 
Разумеется, так и следовало поступить. При легкой простуде не вызывают скорую помсщь, а обращаются в аптеку за стандартными, проверенными, испытанными средствами.
 
ОПЕРАТИВНАЯ СТАДИЯ
 
Первый шаг. Проверка возможных изменений в самом объекте (т. е. в данной машине, данном технологическом процессе).
1. Изменение размеров.
2. Изменение формы.
3. Изменение материала.
4. Изменение температуры.
5. Изменение давления.
6. Изменение скорости.
7. Изменение окраски.
8. Изменение взаимного расположения частей.
9. Изменение режима работы частей с целью максимальной их нагрузки.
 
Второй шаг. Проверка возможности разделения объекта на неза­висимые части.
1. Выделение «слабой» части.
2. Выделение «необходимой и достаточной» части.
3. Разделение объекта на одинаковые части.
4. Разделение объекта на разные по функции части.
 
Третий шаг. Проверка возможных изменений во внешней (для данного объекта) среде.
1. Изменение параметров среды.
2. Замена среды.
3. Разделение среды на несколько частичных сред.
4. Использование внешней среды для выполнения полезных функций.
 
Четвертый шаг. Проверка возможных изменений в соседних (т. е. работающих совместно с данным) объектах.
1. Установление взаимосвязи между ранее независимыми объек­тами, участвующими в выполнении одной работы.
2. Устранение одного объекта за счет передачи его функций дру­гому объекту.
3. Увеличение числа объектов, одновременно действующих на ограниченной площади, за счет использования свободной обрат­ной стороны этой площади.
 
Пятый шаг. Исследование прообразов из других отраслей техни­ки (поставить вопрос: как данное противоречие устраняется в дру­гих отраслях техники?).
 
Шестой шаг. Исследование прообразов в природе (поставить во­прос: как данное противоречие устраняется в природе?).
 
Седьмой шаг. Возвращение (в случае непригодности всех рас­смотренных приемов) к исходной задаче и расширение её условий, т. е. переход к другой, более общей задаче.
 
МЫСЛИ ОБ ИЗОБРЕТАТЕЛЬСТВЕ
 
Нужно не только экспериментировать; экспе­риментируя, нужно еще иметь очень определенную цель, знать то, что хочешь делать, опреде­лить цель, которую хочешь достигнуть.
Клод Бернар.
 
Рождение идеи — явление яркое, нередко подобное вспышке света; но этой вспышке предшествует, как правило, длительное, многократное напряжение мысли, интереса и внимания, в результате чего создается то эмоциональное поле, на котором и возникает новая идея, догадка.
Академик В. П. Филатов.
 
Изобрести — это значит увеличить числитель в следующей дроби: произведенные товары/ затраченный труд.
 
А. Эйнштейн.